Перерастание грабежа в разбой апелляционное постановление

Согласно ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. И хотя, в отличие от ч. 1 ст. 35 УК РФ, в которой дается понятие совершения преступления группой лиц без предварительного сговора, в ч. 2 статьи исполнители не упомянуты, высший судебный орган прочно стоит на той позиции, что непосредственное участие в совершении преступления совместно с другими лицами означает: исполнитель выполняет объективную сторону состава преступления совместно с соисполнителями. Поэтому, когда суд первой инстанции оценивает действия исполнителя и соучастника как совершенные группой лиц по предварительному сговору, вышестоящая инстанция этот признак исключает.
Так, Верховный Суд РФ изменил приговор, указав, что «Л. не принимал непосредственного участия в лишении жизни Б. Как установлено судом и отражено в приговоре, роль Л. заключалась в предоставлении К. огнестрельного оружия, из которого было совершено убийство, в осуществлении визуального наблюдения за обстановкой с целью предупреждения о появлении возможных свидетелей, т.е. обеспечении беспрепятственных условий для совершения К. преступления, оказании помощи в сокрытии трупа. Таким образом, судом фактически установлено, что убийство Б. было совершено одним К., который из пистолета произвел выстрел в голову потерпевшего, а Л., создавая условия для совершения преступления, являлся пособником убийства. С учетом изложенного действия осужденных по данному факту при одном исполнителе не могут быть квалифицированы как совершенные группой лиц по предварительному сговору. Действия Л. по факту убийства Б. следует квалифицировать как пособничество в совершении убийства двух и более лиц по найму» <1>.
———————————
<1> Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 11 октября 2016 г. N 5-АПУ16-55 // СПС «КонсультантПлюс».

Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного суда указала: «Действия неустановленного лица, которое не принимало непосредственного участия в хищении, заключались в обещании оказать содействие в сбыте контейнера. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 8 Постановления от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», содеянное исполнителем не может квалифицироваться как преступление, совершенное группой лиц по предварительному сговору, если организатор, пособник либо подстрекатель непосредственно не участвовал в совершении хищения чужого имущества. Поэтому, поскольку не установленное следствием лицо не принимало участия в совершении кражи железнодорожного контейнера, в действиях Кулакова Е.С. отсутствует квалифицирующий признак — совершение хищения «группой лиц по предварительному сговору» <2>.

———————————
<2> Апелляционное постановление Новгородского областного суда от 18 января 2017 г. Дело N 1361-22-13/16 // http://sudact.ru/regular/doc/DJsIXaWE1dQ4/.

Данный подход выражен и в практикообразующих документах Верховного Суда РФ <3>.

———————————
<3> В Определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 декабря 2015 г. указано, что соучастие в форме пособничества в убийстве не образует квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2016. N 8. С. 11.

В приведенных примерах при изменении приговора первой инстанции суды учитывали, кроме ч. 2 ст. 35 УК, также и определение понятия пособничества в ч. 5 ст. 33 УК РФ.

Сложности в судебной практике возникают при оценке действий соучастников, когда один из них совершает преступление, не охватывающееся умыслом других соучастников (ст. 36 УК). Эксцесс исполнителя возможен при любой форме соучастия — совершении преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой, преступным сообществом (преступной организацией). При этом ответственность за эксцесс несет только сам исполнитель, другие соучастники преступления отвечают лишь за то деяние, которое охватывалось их умыслом. Широко известны примеры, когда суд первой инстанции, оценив деяние лица как эксцесс исполнителя, вменяет квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, а вышестоящая инстанция изменяет такое решение.
Так, в Апелляционном определении указано: «Грушников и Малинин вступили в предварительный сговор на хищение имущества С
. путем кражи, а в случае возможного сопротивления со стороны С. договорились связать ее, после чего завладеть имуществом потерпевшей, т.е. предусматривали возможность применения к ней физического насилия, не опасного для жизни или здоровья. При этом Малинин должен был подстраховывать Грушникова от возможного обнаружения совершаемого преступления — наблюдать за окружающей обстановкой. Поскольку С. жилище не покинула, то Грушников, не имея возможности совершить тайное хищение имущества, вышел за пределы договоренности с Малининым и применил в отношении С. насилие, опасное для жизни, с другими последствиями, чем предусмотрены по договоренности с Малининым, а именно лишил ее жизни. Суд, указав на наличие у Грушникова эксцесса исполнителя, вместе с тем ошибочно квалифицировал действия Грушникова при совершении разбойного нападения по признаку предварительного сговора группой лиц. При таких обстоятельствах осуждение Грушникова по признаку разбоя — группой лиц по предварительному сговору подлежит исключению из приговора» <4>.
———————————
<4> Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 24 декабря 2015 г. N 6-АПУ15-12 // СПС «КонсультантПлюс».

В приведенном примере один из соучастников наблюдал за обстановкой и не мог видеть, какие действия совершает другой соучастник. О совершении убийства и разбойного нападения, как видно из материалов уголовного дела, соучастники не договаривались, поэтому следует согласиться с выводом апелляционной инстанции об исключении признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

В другом случае при оценке действий соучастников суд указал: «Как следует из предъявленного Симанову и Левченкову обвинения, между ними состоялся предварительный преступный сговор не на разбойное нападение, а на открытое хищение чужого имущества. Именно с целью его реализации они незаконно проникли в жилище потерпевшего. Существо предъявленного обвинения содержит описание действий каждого из соучастников преступления: Левченков, требуя передачи имущества, нанес удар металлическими щипцами по ноге одному из потерпевших, причинив телесное повреждение, не повлекшее вреда здоровью, а Симанов, взяв со стола нож, угрожая им другому потерпевшему, то есть угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, также потребовал передачи чужого имущества. Обвинение не содержит указания на то, что умыслом Левченкова К.С. охватывались действия Симанова Р.Л., содержащие угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья». В результате из квалификации действий осужденного Симанова по ч. 3 ст. 162 УК РФ суд исключил признак «по предварительному сговору группой лиц» и переквалифицировал действия Левченкова с ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ <5>.
———————————
<5> Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 24 ноября 2015 г
. Дело N 22-3178 // http://sudact.ru/regular/doc/DJsIXaWE1dQ4/.

Однако действия виновные совершали одновременно и в одном и том же месте, поэтому специально указывать в обвинении на осознание Левченко того, что Симанов угрожал одному из потерпевших насилием, опасным для жизни и здоровья, не было нужды. Левченко после угрозы со стороны Симанова в адрес потерпевшего продолжал свои преступные действия, поэтому содеянное им следовало квалифицировать как совершение разбойного нападения в группе с Симановым.

Однако наиболее сложный для современного правоприменения вопрос связан с исключением признака «группой лиц по предварительному сговору», поскольку, как указал суд, предварительной договоренности о совершении разбойного нападения у соучастников не было. В п. 14.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» (в ред. от 3 марта 2015 г.) разъяснено: «В тех случаях, когда группа лиц предварительно договорилась о совершении кражи чужого имущества, но кто-либо из соисполнителей вышел за пределы состоявшегося сговора, совершив действия, подлежащие правовой оценке как грабеж или разбой, содеянное им следует квалифицировать по соответствующим пунктам и частям статей 161, 162 УК РФ. Если другие члены преступной группы продолжили свое участие в преступлении, воспользовавшись примененным соисполнителем насилием либо угрозой его применения для завладения имуществом потерпевшего или удержания этого имущества, они также несут уголовную ответственность за грабеж или разбой группой лиц по предварительному сговору с соответствующими квалифицирующими признаками». Стало быть, исходя из позиции Пленума, участники кражи или грабежа, использовавшие для завладения имуществом примененное одним из соучастников насилие, опасное для жизни и здоровья, становятся соучастниками разбоя.
Несмотря на новую позицию Пленума Верховного Суда РФ, суды, как мы видим, принимают порой иные решения
. Причем по делам о перерастании в разбой не только кражи, но и грабежа.
Так, согласно решению вышестоящей инстанции суд, давая правовую оценку действиям Еринджакянца и Матвеева, пришел к выводу, что Еринджакянц совершил действия, выходящие за пределы их договоренности о совершении преступления, т.е. признал в действиях Еринджакянца эксцесс исполнителя. Однако, установив данные обстоятельства, суд ошибочно квалифицировал действия Еринджакянца при совершении разбойного нападения на потерпевшего Н.А.А. по признаку предварительного сговора группой лиц. В определении приводятся данные из материалов дела: «Матвеев сел на переднее пассажирское сиденье, а Еринджакянц — на заднее сиденье, позади него (Н.А.А.). Во время поездки Матвеев сделал вид, что ему стало плохо, в связи с чем Еринджакянц попросил остановить машину. После того как Н.А.А. остановил машину, Еринджакянц обхватил его левой рукой за шею, а правой стал наносить ему удары ножом в правую часть груди. В какой-то момент ему удалось выскочить из машины и отбежать в сторону. Матвеев побежал за ним, замахнулся на него палкой, но он увернулся от удара. Затем Еринджакянц позвал Матвеева, они вдвоем сели в его автомашину и уехали, а он сообщил о случившемся диспетчеру». Действия Матвеева квалифицированы судом по п. п. «а», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ <6>.
———————————
<6> Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда от 18 марта 2016 г
. Дело N 22-30/2016 // http://sudact.ru/regular/doc/DJsIXaWE1dQ4/.

Таким образом, Матвеев, договорившись с Еринджакянцем о совершении грабежа, использовал для завладения имуществом примененное Еринджакянцем насилие, опасное для жизни и здоровья, и стал согласно новой позиции Пленума Верховного Суда соисполнителем разбоя. Помимо ссылки на приведенное выше разъяснение Пленума, при квалификации следовало учесть, что Матвеев уже после нападения Еринджакянца на потерпевшего и нанесения ножевых ранений побежал за потерпевшим, замахнулся на него палкой, но тот увернулся от удара. С учетом сказанного Матвеева следовало привлечь к ответственности за совершение группового разбоя, а не грабежа.

Итак, по смыслу п. 14.1 рассматриваемого Постановления Пленума, если после совершения разбойного нападения одного из лиц, заранее договорившихся совершить кражу или грабеж, другие соучастники присоединились к преступным действиям данного исполнителя в том смысле, что хотя и не применяли сами к потерпевшему насилие и не угрожали ему, но продолжили совершать хищение, то содеянное из кражи или грабежа переросло в совершение разбоя, в том числе и указанными лицами.
Но можно ли считать разбой в приведенных случаях совершенным группой лиц по предварительному сговору?
В апелляционном определении по уголовному делу Верховный Суд РФ, воспроизведя приведенные выше разъяснения Пленума, отметил: «Жегунов хотя сам и не применял насилие к потерпевшему, однако продолжил свое участие в преступлении, воспользовавшись примененным Моисеенко насилием, опасным для жизни и здоровья, М., желая завладеть имуществом потерпевшего, собирал в доме последнего ценные вещи»
. Однако далее высший суд заключил: «Поскольку согласно положениям ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совершении преступления, а материалами дела данное обстоятельство подтверждено не было, указание о квалификации действий осужденных в части разбойного нападения на потерпевшего М., как совершенных по предварительному сговору группой лиц, следует из приговора исключить, а наказание, назначенное осужденным: Моисеенко А.В. по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и Жегунову С.В. по ч. 3 ст. 162 УК РФ, смягчить соответственно уменьшению объема обвинения, признанного доказанным» <7>.
———————————
<7> Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 11 января 2017 г. N 48-АПУ16-47 // СПС «КонсультантПлюс».

Таким образом, решение суда противоречит изложенному в п. 14.1 Постановления Пленума правилу, согласно которому при таких обстоятельствах соучастники должны нести «уголовную ответственность за грабеж или разбой группой лиц по предварительному сговору с соответствующими квалифицирующими признаками». Однако, как представляется, суд апелляционной инстанции прав, поскольку если соучастники заранее договорились о совершении именно кражи или грабежа, то, стало быть, в предварительный сговор на совершение более опасного преступления — разбоя — до совершения преступления они не вступали. Когда же один из соисполнителей совершает более опасное деяние, о котором другие соучастники заранее не договаривались, они могут лишь присоединиться к совершаемому преступлению, став его соисполнителями без предварительного сговора. Данной позиции придерживается, например, Ю.А. Клименко <8>.

———————————
<8> Клименко Ю.А. Эксцесс соучастника преступления // Судья. 2016. N 4. С. 22 — 24.

Полагаем, что в п. 14.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 (в ред. от 3 марта 2015 г.) необходимо внести уточнение, исключив указание на квалификацию содеянного в обсуждаемом случае по признаку совершения преступления группой лиц по предварительному сговору. Тогда как образующаяся в данном случае группа лиц без предварительного сговора окажет влияние не на квалификацию деяния, а на наказание. О чем Пленум говорит в п. 12 данного Постановления: «Учитывая, что законом не предусмотрен квалифицирующий признак совершения кражи, грабежа или разбоя группой лиц без предварительного сговора, содеянное в таких случаях следует квалифицировать (при отсутствии других квалифицирующих признаков, указанных в диспозициях соответствующих статей Уголовного кодекса Российской Федерации) по части первой статьи 158, части первой статьи 161 либо части первой статьи 162 УК РФ. Постановляя приговор, суд при наличии к тому оснований, предусмотренных частью первой статьи 35 УК РФ, вправе признать совершение преступления в составе группы лиц без предварительного сговора обстоятельством, отягчающим наказание, со ссылкой на пункт «в» части первой статьи 63 УК РФ».

Пристатейный библиографический списокКлименко Ю.А. Эксцесс соучастника преступления // Судья. 2016. N 4.

Понятие перерастания хищения в иную форму

Теоретическое учение о преступлениях против собственности и судебная практика выработали правило о квалификации хищения, начатого как тайное, но в процессе совершения ставшего открытым или осложнённого насилием. В литературе данное явление именуют перерастанием кражи в грабёж или разбой. Однако вполне убедительным представляется вывод Э.С. Тенчова о возможности перерастания в разбой всех иных форм хищения20. Поэтому перерастание должно обрести своё общее научное понятие.

В настоящее время и практика расширила представления о возможностях перерастания. Пленум Верховного Суда РФ описал ситуацию перерастания применительно к краже и мошенничеству: 1) «Если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабёж, а случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия – как разбой» (п.5 постановления от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»); 2) «В случаях, когда обман используется лицом для облегчения доступа к чужому имуществу, в ходе изъятия которого его действия обнаруживаются собственником или иным владельцем этого имущества либо другими лицами, однако лицо, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание против воли владельца имущества, содеянное следует квалифицировать как грабёж» (п.17 постановления от 27 декабря 2007 г. «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»).

Основным условием перерастания является изменение способа хищения до наступления момента, с которого хищение признаётся оконченным преступлением. Однако этот момент в указанных постановлениях Пленума Верховного Суда РФ описывается отдельно для каждой формы хищения, с учётом их специфики. Эти описания не во всём согласуются с выработанным ранее общим правилом: при оконченном хищении имущество изъято, и виновный получил реальную возможность пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению. Перерастание происходит в рамках единого условного состава хищения – как нарастание интенсивности и опасности преступного действия. Поэтому логично будет ориентироваться именно на общий (за исключением хищения в форме разбоя) момент окончания хищения.

Максимально возможная форма хищения для перерастания – разбой. В принципе, хищение может трансформироваться по нарастающей – от менее опасной формы к более опасной. Исходя из этого, кража, мошенничество, присвоение и растрата могут перерасти в грабёж или разбой, а грабёж – в разбой. Однако в действительности выбор преступником подходящей формы хищения может диктоваться обстановкой преступления и собственными навыками. Так, мошенничество, присвоение и растрата при их неудаче могут превратиться в кражу. Например, потерпевший не поддался на мошеннический обман, и виновный, сумев отвлечь его внимание, крадёт предмет преступления. Поэтому первоначальная и финальная формы совершённого хищения могут быть примерно равны по опасности.

Грабёж указан в приведённых разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ как наиболее распространённая форма, в которую может перерасти хищение. Однако законодательная оценка степени опасности грабежа не всегда позволяет считать его более опасным деянием, чем кража, мошенничество, присвоение и растрата.

В 2003 г. из квалифицированного состава грабежа был исключён признак «причинение значительного ущерба гражданину» и заменён в п. «д» ч.2 ст.161 УК признаком крупного размера. Тем самым ответственность за грабёж была существенно смягчена. Сейчас признак значительного ущерба входит в квалифицированные составы кражи, мошенничества, присвоения и растраты. Наказываются такие преступления (максимально) лишением свободы на срок до пяти лет с возможным дополнительным наказанием. Четыре года лишения свободы – максимальное наказание за неквалифицированный грабёж, предполагающий теперь и значительный ущерб гражданину. Таким образом, в случае перерастания в грабёж, например, кражи, причиняющей значительный ущерб гражданину, мы будем наблюдать изменение более опасного хищения на менее опасное. Выход из данного нелогичного положения видится в возвращении в состав квалифицированного грабежа признака значительного ущерба.

В объективной стороне хищения с перерастанием в иную форму можно выделить две особенности. Во– первых, изменение обстановки преступления, то есть появление новых обстоятельств, противоположных тем, на которые опирался похититель, выбирая способ посягательства (кражу замечают очевидцы, мошеннический обман раскрывается, потерпевший при грабеже начинает активно сопротивляться и т.п.). В общем, налицо обстоятельства, возникающие внезапно и не зависящие от воли виновного. Во-вторых, реакция субъекта на указанные обстоятельства в виде наращивания интенсивности действий по завершению хищения (дальнейшее изъятие имущества или его удержание) и возможное присоединение угрозы или насилия.

Умысел при перерастании также своеобразен. Изменение способа хищения характеризуется внезапно возникшим умыслом, формирующимся после начала хищения, но до его окончания21. Однако, как представляется, при планировании хищения субъект может допускать изменение ситуации и быть готовым, например, к применению насилия. Э.С. Тенчов в связи с этим считал: «Если же намерение использовать насилие, опасное для жизни или здоровья, или угрозу его применения формируется до начала посягательства против основного объекта, то преступление с самого начала является разбойным нападением, а не перерастает в него»22. По нашему мнению, только реализация указанного намерения в конкретных насильственных действиях превращает содеянное в разбой.

Разбой, ставший результатом перерастания, может не содержать нападения, вследствие того, что внезапность перемены в хищении является для субъекта внешним фактором, а не собственным подспорьем. Разбой окончен тогда, когда в целях хищения применены опасные насилие или угроза, поэтому содеянное может, в принципе, и не завершиться причинением имущественного ущерба (например, если насильственные действия были преодолены, и субъект был задержан).

При квалификации насильственного грабежа и разбоя, совершённых в результате перерастания, большое значение приобретает функциональная направленность насилия – на облегчение изъятия имущества или его удержания после изъятия, но до окончания хищения. Иные цели применения насилия: скрыться, избежать задержания, отомстить потерпевшему за то, что сразу не показал местонахождение имущества и т.п. – означают необходимость самостоятельной квалификации насильственных действий по статьям о преступлениях против личности либо против порядка управления23.

При совершении хищения в соучастии перерастание может наблюдаться в действиях не всех, а лишь отдельных соучастников – как эксцесс. Эту распространённую на практике ситуацию описал Пленум Верховного Суда РФ: «В тех случаях, когда группа лиц предварительно договорилась о совершении кражи чужого имущества, но кто-либо из соисполнителей вышел за пределы состоявшегося сговора, совершив действия, подлежащие правовой оценке как грабёж или разбой, содеянное им следует квалифицировать по соответствующим пунктам и частям статей 161, 162 УК РФ» (п.14 постановления от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

Исходя из рассмотренных признаков перерастания хищения в иную форму, мы предлагаем следующее его определение: это внезапное, обусловленное обстоятельствами, не зависящими от виновного, изменение способа хищения на более опасный в ходе совершения хищения, до его окончания.

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Статья 166.
Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения
1. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (угон) –наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере

4.1.11. Дела о восстановлении на работе лиц, уволенных в связи с однократным грубым нарушением трудовых обязанностей, выразившимся в совершении по месту работы хищения (в том числе мелкого) чужого имущества, растраты, умышленного его уничтожения или повреждения,

Статья 166. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения
1. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (угон) -наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере

Статья 28. Перевод на иную должность гражданской службы или перемещение
1. Перевод гражданского служащего на иную должность гражданской службы в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, в том же государственном органе, либо перевод гражданского служащего

8. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения
Объектом преступления, предусмотренного ст. 166 УК, являются отношения собственности. В некоторых случаях эти преступления могут посягать и на безопасность движения (например,

81. Понятие, основные признаки и формы хищения. Предмет хищения и его признаки
Хищение – это совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному

86. Неправомерное завладение транспортным средством без цели хищения; уничтожение или повреждение имущества по неосторожности
1. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст. 166 УК РФ).Объект – отношения

Понятие и признаки хищения чужого имущества
«Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику

Формы хищения
В уголовном законодательстве ответственность за хищение чужого имущества дифференцируется в зависимости от того, каким способом совершается посягательство на отношения собственности. По этому признаку различаются шесть форм хищения: кража, грабеж,

Виды хищения
Согласно ст. 7.27 УК РФ мелкое хищение – это хищение чужого имущества путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных ч. 2–4 ст. 158 и ч. 2 и 3 ст. 160 УК РФ.Уголовная ответственность за хищение

Корыстные преступления против собственности, не содержащие признаков хищения
Действующее законодательство знает три вида корыстных преступлений, не являющихся хищением: вымогательство (ст. 163 УК РФ), причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления

Вопрос 329. Понятие и признаки хищения чужого имущества. Формы хищения.
Хищение – совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу

Вопрос 334. Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (угон).
Угон транспортных средств – неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ч
. 1 ст. 166 УК). Объективная сторона

Технические средства хищения и защиты деловой информации
В магазине позади прилавка висит огромное зеркало.— Зачем вы повесили зеркало? — спросили директора.— Чтобы покупательницы не смотрели на весы.Для защиты секретов существует целый арсенал средств, способов,

Хищения: распад системы
Среди имущественных преступлений хищения занимают особое место. Являясь наиболее древним, традиционным, типичным видом имущественных посягательств, хищения (с точки зрения их законодательной регламентации) отражают предельный уровень защиты

Значение законодательного определения хищения для специальных видов этого преступления (ст.ст.221, 226, 229 УК РФ)
Рассматриваются признаки специальных видов хищений в их соотношении с общим понятием хищения. Обосновывается предложение об исключении из УК РФ ст.ст.221, 226 и

Ваш вопрос: приговор кража переросла в грабеж

Задача 4.
Федеральный районный суд вынес в отношении подсудимого Генералова обвинительный приговор, изменив квалификацию его действий с грабежа на кражу. Государственный обвинитель с выводами суда в отношении квалификации действий подсудимого не согласился, подал на приговор суда кассационное представление с указанием на неправильное применение судом уголовного закона и просьбой изменить приговор суда в части квалификации действий Генералова. По истечении срока обжалования государственный обвинитель представил в суд кассационной инстанции дополнительное представление, в котором просил не только изменить квалификацию действий подсудимого, но и ужесточить его наказание.
Правомерны ли требования прокурора, содержащиеся в дополнительном представлении?
тема7.docx

Ответ юриста:
Сможете решить задачки по уголовному праву? Задачка 4. Федеральный районный суд вынес в отношении подсудимого Генералова обвинительный приговор, изменив квалификацию его действий с грабежа на кражу. Муниципальный обвинитель с выводами суда в отношении квалификации действий подсудимого не согласился, подал на приговор суда кассационное представление с указанием на неверное применение судом уголовного закона и просьбой поменять приговор суда в части квалификации действий Генералова. По истечении срока обжалования муниципальный обвинитель представил в суд кассационной инстанции дополнительное представление, в каком просил не только лишь поменять квалификацию действий подсудимого, да и ужесточить его наказание. Правомерны ли требования прокурора, находящиеся в дополнительном представлении?
Азиза Алибековна
Здравствуйте, Азиза
. Вам следует обратиться в чат за платной услугой к юристам, специализирующимся на уголовном праве.
________________________________________

Ваш вопрос: кража переросла в грабеж

Гражданин РБ совершил кражу до 250000 руб. на территории РФ, какое наказание ему грозит и где осуществляется приговор, будет ли дело передано в Беларусь?

Ответ юриста:
Дело будет рассмотрено по месту совершения злодеяния, потому о передаче на рассмотрение в РБ гласить не приходится. Наибольшее наказание по данной статье 5 лет лишения свободы (часть 2 ст. 158 УК РФ). Суд учтет смягчающие происшествия, потому собирайте и представляйте в суд документы, подтверждающие наличие таких.
Статья 61. Происшествия, смягчающие наказание
[Уголовный кодекс РФ] [Глава 10] [Статья 61]
1
. Смягчающими обстоятельствами признаются:
а) совершение в первый раз злодеяния маленькой либо средней тяжести вследствие случайного стечения событий;
б) несовершеннолетие виноватого;
в) беременность;
г) наличие молодых малышей у виноватого;
д) совершение злодеяния в силу стечения томных актуальных событий или по мотиву соболезнования;
е) совершение злодеяния в итоге физического либо психологического принуждения или в силу вещественной, служебной либо другой зависимости;
ж) совершение злодеяния при нарушении критерий правомерности нужной обороны, задержания лица, совершившего грех, последней необходимости, обоснованного риска, выполнения приказа либо распоряжения;
з) противоправность либо аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для злодеяния;
и) явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию злодеяния, изобличению и уголовному преследованию других соучастников злодеяния, розыску имущества, добытого в итоге злодеяния;
к) оказание мед и другой помощи потерпевшему конкретно после совершения злодеяния, добровольческое возмещение имущественного вреда и морального вреда, причиненных в итоге злодеяния, другие деяния, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.
________________________________________

Похожие ответы:

  • Уголовный кодекс кража денег

    Кража денег Ваш вопрос: уголовный кодекс кража денег Интересует Уголовный Кодекс Российской Федерации — кража. Здравствуйте! у моих родителей (они живут в коммунальной квартире) соседи украли…

  • Кража и грабеж

    Избиение и грабеж Ваш вопрос: кража и грабеж Здравствуйте! Мой знакомый сидел с женщиной в баре, они выпивали. После чего мой знакомый ушел домой, а женщина пошла через темный парк к своей…

  • Кража на какую сумму влечет уголовную ответственность

    На какую сумму компенсации я могу рассчитывать? Ваш вопрос: При покупке приготовленной продукции в магазине (салаты, готовящиеся в самом магазине) получил отравление, а именно сальманеллез,…

  • Ук статья грабеж наказание

    Какая статья предусматривает наказание за расклейку объявлений? Ваш вопрос: ук статья грабеж наказание Здравствуйте,какая статья предназначена за расклейку объявлений в Вологодской обл. заранее…

</> Грабеж и разбой

Разбой представляет собой наиболее опасную насильственную форму хищения. Это преступление посягает на два объекта: собственность и личность (жизнь и здоровье потерпевшего). При этом даже разбой без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 162 УК РФ) относится к тяжким преступлениям. Закон определяет разбой как нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 162 УК РФ).

Нападение при разбое представляет собой активное и внезапное для потерпевшего агрессивное действие, создающее реальную опасность немедленного и непосредственного применения насилия над личностью подвергшегося нападению с целью завладения соответствующим имуществом. В отличие от грабежа, являющегося открытым похищением, разбойное нападение может быть открытым или же незаметным для потерпевших (прицеливание из засады, подкрадывание к потерпевшему сзади и нанесение удара, нападение на спящего и др.).


Насилие при разбойном нападении может быть применено к собственнику или к лицу, в обладании или под охраной которого находится имущество, а также к любому другому лицу, которое, по мнению преступника, может помешать его преступным действиям. Насилие при разбое представляет столь высокую опасность, что это преступление признается оконченным с момента применения насилия, когда оно предшествует (наиболее типичная ситуация) изъятию имущества. Это непосредственно вытекает из формулировки закона «нападение с целью хищения». Во всем остальном данное преступление соответствует общим признакам хищения. Признание разбоя оконченным преступлением с момента нападения («усеченный» состав хищения) отвечает задаче приоритетной защиты жизни и здоровья, однако применение насилия в процессе начавшегося изъятия имущества или даже непосредственно после него в целях удержания похищенного также образует состав разбоя.

Во многом разбой по характеру и степени общественной опасности смыкается с насильственным грабежом. Так, при сравнении санкции за простой грабеж (ч. 1 ст. 161 УК РФ), насильственный грабеж (ч. 2 ст. 161 УК РФ) и разбой (ч. 1 ст. 162 УК РФ), можно сделать вывод, что насильственный грабеж ближе к разбою, чем к грабежу без насилия.

Таким образом, следует подчеркнуть, что разбой отличается от насильственного грабежа тем, что применяемое при разбое насилие является опасным для жизни и здоровья. Опасность насилия определяется, прежде всего, по его последствиям, исходя из реального вреда, причиненного здоровью потерпевшего. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 №29 говорится, что под насилием, опасным для жизни или здоровья потерпевшего, следует считать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

Признаки перечисленных видов вреда здоровью указаны в ст. 111, 112, 115 УК РФ. При наличии последствии, указанных в данных статьях кодекса, возникших в результате совершения разбоя дополнительной квалификации по этим статьям не требуется. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью является одним из квалифицирующих признаков разбоя (п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ).

При этом как разбой квалифицируется также нападение в целях хищения имущества, соединенное с насилием, которое вообще не причинило вреда здоровью, однако создавало реальную опасность для жизни или здоровья потерпевшего. Верховный Суд РСФСР признал разбоем, а не грабежом нападение, в ходе которого нападавшие сбили потерпевшего с ног и нанесли ему удары ногами по голове и другим частям тела, в результате чего он потерял сознание. Суд пришел к выводу, что такие действия представляют собой насилие, опасное для жизни и здоровья.

Одним из способов насильственного грабежа и разбоя является приведение потерпевшего в беспомощное состояние путем применения одурманивающих веществ, и последующее изъятие имущества у этого лица. Однако, в тех случаях когда такие вещества не представляют опасности для жизни или здоровья потерпевшего, то имеет место насильственный грабеж. Если же при этом применялись сильно действующие или ядовитые вещества, представляющие угрозу для жизни или здоровья, деяние квалифицируется как разбой. В тех случаях, когда не удалось установить, создавало ли примененное вещество опасность для жизни или здоровья, содеянное квалифицируется как насильственный грабеж.

При разбое, как и при грабеже, насилие может быть не только физическим, но и психическим. Психическое насилие при разбое заключается в угрозе непосредственного применения насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего. При этом если цель парализовать волю потерпевшего достигнута, то не имеет значения, в том, что виновный не намеревался реально приводить угрозу в исполнение или не имел на то фактической возможности осуществления угрозы. Главное в том, чтобы потерпевший воспринял эту угрозу как реальную.

Однако угроза причинения насилия при грабеже должна свидетельствовать о намерении причинения насилия не опасного для жизни. Под насилием, не опасным для жизни и здоровья, принято понимать побои, причинение легкого телесного повреждения, не повлекшего за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, а также иные насильственные действия, связанные с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы. В связи с этим при разграничении разбоя и насильственного грабежа судебная практика испытывает трудности, особенно когда речь идет о таком способе совершения этих преступлений, как угроза применения насилия.

При этом в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» упоминается о перерастании в разбой хищения, начатого в иной форме. При этом в специальной юридической литературе отмечается, что такое перерастание возможно, если:

а) если, хищение в иной форме находилось на стадии покушения, когда субъект еще не сумел изъять чужое имущество или уже произвел такое изъятие, но не приобрел реальной возможности пользоваться или распоряжаться им по своему усмотрению;

б) в разбой могут перерасти все иные формы хищения, в том числе не доведенные до конца мошенничество (ст. 159 УК РФ) и присвоение или растрата (ст. 160 УК РФ). Такая возможность обусловливается тем, что хищение в иных формах имеет протяженность во времени, необходимую для извлечения имущества у собственника (владельца) и его обращения в собственность отдельных неуправомоченных лиц. В случаях, когда этому препятствуют граждане, преодолейте их противодействия может достигаться насилием или угрозами, описанными в ст. 162 УК РФ;

в) если действия, начатые как разбой, характеризуются актом нападения. Если же хищение начато в иной форме, то его первым этапом выступает не нападение, а иные действия, предусмотренные в ст. 158-161 УК РФ, и лишь потом эти действия видоизменяются, становясь насильственными и опасными для жизни или здоровья;

г) при хищении, начатом как разбой, насилие или угроза используется с целью преступного завладения чужим имуществом, а в случая перерастания в разбой иных форм хищения указанные агрессивные действия направлены на то, чтобы завладеть похищаемыми имущественными ценностями или же удержать их сразу после завладения и получить возможность распорядиться ими по своему усмотрению.

Большинство квалифицирующих признаков разбоя по содержанию аналогичны соответствующим признакам кражи, но есть и специфические признаки: совершение разбоя с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ); с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ).

Хотя имеются некоторые особенности в квалификации группового разбоя по п. «а» ч. 2 ст. 162 УК РФ. Этот признак вменяется тем соисполнителям, которые в ходе предварительного сговора согласились на применение к потерпевшему насилия, опасного для жизни или здоровья. Если же сговором это не было предусмотрено, а один из участников преступления применил такое насилие, выйдя за пределы состоявшегося сговора, его действия квалифицируются по правилам об эксцессе исполнителя. При отсутствии предварительного сговора действия каждого из участников группового нападения квалифицируются самостоятельно. Не исключается ситуация, когда один из них совершает разбой, а другой — грабеж. И напротив, в тех случаях, когда умыслом виновных, совершивших разбойное нападение по предварительному сговору, охватывалось применение насилия, опасного для жизни и здоровья, все участники нападения отвечают как соисполнители разбоя, в том числе и те, которые сами такого насилия не применяли.

Разбой с применением оружия или других предметов, используемых в качестве оружия, — один из квалифицированных видов этого преступления и отсутствующий в числе квалифицированных признаков грабежа. Это значит, что его наличие свидетельствует о наличии разбоя, и не может быть и речи о грабеже, если хищение чужого имущества осуществляется с применением оружия. Поскольку опасность насилия для жизни и здоровья потерпевшего заметно возрастает, когда оно осуществляется с помощью оружия, то использование огнестрельного или холодного оружия приводит к наиболее тяжким преступным последствиям, позволяет преступнику довести преступление до конца, несмотря на сопротивление жертвы. Если же оружие используется для психического насилия, то опасность преступления повышается, так как преступник демонстрацией оружия демонстрирует свою решимость и возможность привести угрозу в исполнение.

Однако, суд не нашел признаков применения оружия в действиях виновного, который при нападении на потерпевшего высказывал словесную угрозу применить оружие, однако пистолета из кобуры не вынимал. Таким образом, во всех случаях, когда по содержанию словесной угрозы и обстановке преступления нельзя сделать определенный вывод о существующей опасности для жизни или здоровья, завладение имуществом под угрозой насилия следует квалифицировать как грабеж. Если же при неопределенности словесной угрозы характер действия виновного и обстановка дают основания полагать о реальной опасности для жизни или здоровья потерпевшего, содеянное следует квалифицировать как разбой (например, при угрозе огнестрельным или холодным оружием).

В учебной литературе отмечается, что иногда преступники используют в качестве средства психического насилия заведомо неисправное оружие или предметы, внешне напоминающие оружие. Введенный в заблуждение потерпевший воспринимает имитацию вооруженного нападения как реальную угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья. Поскольку это входит в содержание умысла виновного, то завладение чужим имуществом таким способом также представляет собой разбой. Однако с учетом того обстоятельства, что подобным «оружием» нельзя, как правило, причинить серьезный вред (если не использовать, к примеру, макет пистолета, отлитый из металла, для нанесения ударов), то разбойное нападение с применением имитации оружия не рассматривается как вооруженный разбой. Так, Верховный Суд РСФСР расценил угрозу детским пистолетом как угрозу насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего, но не признал этот разбой совершенным с применением оружия, «поскольку фактически в руках нападавшего оружия не было».[28.]

При этом применение газового пистолета или газового баллончика при нападении будет квалифицироваться по п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ, если судом будет установлено, что газ в баллончике или патроне представлял опасность для жизни или здоровья человека. В противном случае преступление квалифицируется как грабеж.

Также отмечается некоторая специфика проявления в грабеже и разбое такого квалифицирующего признака, как незаконное проникновение в жилище, помещение либо иное хранилище. Если проникновение носило характер насильственного вторжения, то последующее изъятие имущества следует квалифицировать как насильственную форму хищения, то есть насильственный грабеж или разбой — в зависимости от характера насилия, опасного для жизни и здоровья или не опасного для жизни и здоровья.

Таким образом, представляется возможным сказать, что основным отличительным признаком разбоя от грабежа является применение либо угроза применения насилия опасного для жизни и здоровья потерпевшего. При этом, следует отметить, что насилие является опасным для жизни, если способ его применения создает реальную угрозу наступления смерти, даже если это не повлекло фактического причинения вреда здоровью (например, сдавливание шеи, длительное удержание головы потерпевшего под водой, сталкивание с большой высоты). Под насилием, опасным для здоровья, подразумеваются такие действия, которые причинили средней тяжести или легкий вред здоровью потерпевшего, а также насилие, которое хотя и не повлекло указанного вреда, но в момент применения создавало реальную опасность для здоровья.

Разбой отличается от насильственного грабежа и от всех иных форм хищения тем, что признается оконченным преступлением с момента нападения — ни факт изъятия имущества, ни факт причинения вреда здоровью лица, подвергшегося нападению, не являются обязательными признаками разбоя. По этой причине покушение на разбой, как правило, невозможно, ведь до начала нападения речь может идти только о приготовлении, а с первого же акта нападения разбой считается уже оконченным преступлением (усеченный состав преступления). Однако состав разбоя отсутствует, если виновный применяет опасное для жизни и здоровья насилие не для изъятия имущества, а с единственной целью избежать задержания.

Таким образом, кража, мошенничество, грабеж и разбой являются формами хищения и обладают всеми его признаками, но и имеют свои особенности характерные, отличительные признаки, которые были рассмотрены автором данной работы: отличительными признаками грабежа от кражи является, прежде всего, «открытость» совершения хищения при грабеже и наоборот «тайность» хищения при краже, а также наличие умысла на совершение насилия, при грабеже есть, а при краже нет; мошенничество осуществляется посредством обмана или злоупотребление доверием, отличительные признаки, от грабежа, прежде всего по способу изъятия имущества у собственника и специфический способ, основным отличительным признаком разбоя от грабежа является применение либо угроза применения насилия опасного для жизни и здоровья потерпевшего.

tinyton.ru
Перерастание грабежа в разбой апелляционное постановление
Перерастание грабежа в разбой апелляционное постановление

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: